flitched9000 (flitched9000) wrote,
flitched9000
flitched9000

  • Mood:
  • Music:

Всё течёт, но не всё…

Водка

  И пусть хер Сочинитель — гадливый либераст, подмахивавший (и хвостом) нацизму и сдохший, прежидко обосравшись…

Военные усилия России в [Великой] войне. — Париж: Товарищество объединённых издателей, 1939. Переиздание, 2014.

  “Вследствие этого 1915 год проходил под знаком торопливой высылки совершенно не подготовленных людей на фронт. «Сначала обучали два месяца, — читаем мы в… речи в Государственной думе депутата А.И. Шингарева, — потом стали обучать месяц, посылая после четырёхнедельного обучения людей малопригодных».” [/ 228]
“При не продуманном Военным министерством устройстве запасных частей в нашу пехоту вливался солдатский состав без всякого военного воспитания, не только не приученный к порядку, но часто считавший беспорядок нормальным положением вещей.”  [* 254]
***

  “Ежегодное же производство пулемётов было предусмотрено нашим мобилизационным планом лишь в размере возобновления 10% запаса, т.е. 454 пулемёта в год. Между тем пулемётное производство являлось одним из самых сложных и вместе с этим долго устанавливаемых производств. Оно являлось гораздо более сложным, нежели ружейное; так, требуемая в нём предельная точность достигала 0,0005 дюйма, в то время, как в ружейном эта точность равнялась 0,001; некоторые же части пулемётного замка не терпели никакого допуска и должны были пригоняться «впритирку», т.е. должны были изготовляться с точностью лекал. Отсюда понятно, какое огромное значение имело заблаговременное  предвидение потребности в пулеметах, так как [249 / 256] постановка пулемётного производства требовала не месяцы, а полтора–два года.”
***
 “«…А принятая потом мера — в виде назначения денежных премий за доставленные патроны и гильзы в расчёте на поощрение к добросовестному сбору их, дала результаты неожиданные: начались хищения патронов из складов, парков, позиционных хранилищ и даже из своих носимых запасов самими бойцами ради получения за них обещанных денег. Наконец, дошло до того, что патрон обратился в «денежную единицу» на прифронтовом рынке и предметы солдатского обихода — табак, папиросы, чай и т.п. — наряду с деньгами расценивались и покупались за известное количество патронов».” [254 / 261]

  “Таким образом, удовлетворить в 1916 и 1917 гг. потребность Русской армии в ружейных патронах удалось только потому, что потребности в винтовках и в пулеметах не были удовлетворены.” [/ 264]
***
 “«К глубокому сожалению, — пишет А.Н. Наумов, — и в этом отношении при [318] принятии мною главного руководства делом имперского снабжения я встретил обстановку деловой растерянности, благих предначертаний и успокоительных надежд, опять-таки полное отсутствие обдуманного заранее практического плана… и в результате: ужасающие потери живого скота и огромные порчи в пути и на стоянках заготовленного мяса. Холодильников не было, учёта скота никакого, и хаотичность в деле закупок и распределения… Уместным считаю здесь упомянуть о той огромной подсобной роли в деле продовольственного снабжения страны, главным образом армии, которую могло бы сыграть консервное дело, если бы таковое было правильно и заблаговременно поставлено в России. Колоссальный запас рыбных богатств, изобилие плодов и овощей да, наконец, абсолютная масса мяса, включая сюда баранину и свинину, — всё это материал, не истощимый для консервных заготовок, требующих, в свою очередь, тоже обдуманного плана и системы для наилучшего способа фабрикации, хранения и использования» [А.Н. Наумов // Сборник записок, относящихся к снабжению в Великую войну, с. 98].

  Вот та мрачная картина в деле снабжения армии мясом, которая нарисована главой самого ведомства продовольствия. Бывший министр, А.Н. Наумов свидетельствует при этом о колоссальной работе, которая была проявлена в его ведомстве. «Но… — пишет А.Н. Наумов [с. 99], — какие бы планы ни создавались, сила таковых лишь в их внутренней согласованности и совокупности осуществления их в жизни благодаря единству действий их исполнителей. На почве разрозненности действий аннулируется эффект общности усилий и отпадает та полнота ответственности, которая является непременным условием всякой здоровой постановки дела. Между тем с первых же шагов моей деятельности как единственно ответственного руководителя продовольственным снабжением армии и страны я встретил прежде всего во всех областях и условиях создавшейся продовольственной обстановки именно ту разрозненность действий, учреждений и лиц, которая подрывала в корне текущую работу и ослабляла энергию для предстоящей» .

  Предоставим теперь помощнику главного интенданта генералу Богатко [Записка генерала Богатко // Сборник Финансового агентства США, с. 80, 81] обрисовать условия снабжения армии, создаваемые [319] только что очерченной хаотичной постановкой продовольственного дела в глубоком тылу:
  «Доставка мяса в виде живого скота, доступная во всякое время года, была весьма невыгодна для транспорта: вагон мог вместить лишь до 120 пудов мяса; во время пути скот терял в весе; бывали случаи падежа от голода и жажды, так как вследствие движения поездов без правильного расписания задавать корм скоту и поить его не было возможности. Перевозка мороженого мяса по железным дорогам в большом количестве была удобна только зимой, хотя во время продолжительных оттепелей оно иногда и портилось. Для перевозки его летом требовались многочисленные холодильники для предварительного замораживания, вагоны-ледники для перевозки и запасы льда на станциях для пополнения растаявшего в вагонах. Постройка сети холодильников Министерству земледелия не удалась за недостатком машин для оборудования. Подача замороженного мяса не могла получить широкого применения. Приготовление и перевозка солонины требовали большого количества бочек; при погрузке и разгрузке, в вагонах от собственной тяжести рядов бочек они давали течь и солонина портилась без рассола. Изготовление мясных консервов для повседневного питания армии потребовало бы устройства большого числа заводов [Работало 15 заводов, из них один казённый.] и жестяных банок, тогда как жести не хватало даже для ограниченного количества готовившихся у нас консервов. Вообще подача мяса не была урегулирована до конца войны».” [с. 328-9]
***
 “Пишет начальник Штаба Верховного главнокомандующего тому же генералу Поливанову:
  «Получаются сведения, что в деревнях при участии левых партий уже отпускают новобранцев (призыв 15 мая) с советами: не драться до крови, а сдаваться, чтобы живыми остаться. Если будет 2–3-недельное обучение, с винтовкой на 3–4 человека, да ещё такое внушение, то ничего сделать с войсками невозможно. Уже были одобрены Его Величеством две меры: 1) лишение семейств лиц, добровольно сдавшихся, пайка и 2) по окончании войны высылка этих пленных в Сибирь для её колонизации. Было бы крайне желательно внушить населению, что эти две меры будут проведены неукоснительно и что наделы перейдут к безземельным, честно исполнявшим свой долг. Вопрос кармана (земли) довлеет над всеми. Авторитетнее Думы, в смысле осуждения добровольной сдачи и подтверждения необходимости возмездия, нет никого. Не желая обращаться по этому вопросу к Родзянко в [401] обход правительства, Великий князь поручил мне просить Вас, не найдете ли возможным использовать Ваш авторитет в сфере членов Думы, чтобы добиться соответствующего решения, хотя бы мимоходом, в речи Родзянко или лидера центра, что, очевидно, те нижние чины, которые добровольно сдаются, забывая долг перед Родиной, ни в коем случае не могут рассчитывать на одинаковое к ним отношение и что меры воздействия, в виде лишения пайка и переселения их всех, после мира, в пустынные места Сибири, вполне справедливы. Глубоко убежден, что это произведет огромный эффект. Правительство же (Министерство внутренних дел) могло бы через губернаторов перед набором и призывом также внушить эту мысль. Тогда на фронт приходил бы не заранее готовый сдаться элемент, а люди долга…
  Прошу извинения за назойливость, но, как тонущий, хватающийся за соломинку, ищу спасения тяжёлому положению в ряде мер…»

  Так писать мог только человек, окончательно изверившийся в своей армии и совершенно потерявший голову.” [с. 413-4]
***
 “Через 10 дней после этого разговора говноавтор участвовал в заседании министров Временного правительства. На этом заседании министр продовольствия г-н Прокопович категорически заявил, что снабжать продовольствием он может только 6 000 000 человек, между тем как на довольствии находились в это время 12 000 000 человек. Присутствующий на этом заседании министр путей сообщения столь же категорично заявил, что если с интендантского пайка будут сняты 1 200 000 железнодорожных служащих и их семейств, то железнодорожный транспорт сейчас же остановится. Таким образом, требовалось немедленное сокращение армии, достигавшей в это время вместе с запасными войсками во внутренних округах десяти с лишком миллионов, более чем на 5 миллионов человек. [333 / 343]
Подобное требование, по существу дела, являлось демобилизацией. Исполнить это требование не пришлось, так как через несколько дней произошёл большевистский переворот.”
***
Мощанский, И.Б. Крупнейшие какбе танковые сражения Второй мировой войны. Анал-етический обсёр / И[лья] [Борисович] Мощанский. — М.: Вече, 2011. – 352 с.: ил.

[с. 6] «…к началу [боевых действий в СССР] советское руководство так и не сумело создать единый оперативный план… Действия Красной Армии, Военно-морского флота СССР, внутренних и пограничных войск НКВД СССР, …других органов… в случае начала боевых действий определяли несколько докУментов».
***
[с. 13] «Видно, что особыми талантами в Гражданскую Кирпонос не блистал. По душе ему была политическая, штабная или административно-хозяйственная работа. Фактически с 1921 года по 1939-й он ею и занимался. …
Ничто не предвещало стремительного развития карьеры. …
  …Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 марта 1940 года [70-я сд] была награждена орденом Ленина, а М.П. Кирпоносу было присвоено звание Героя Советского Союза.
  И тут человек, который и дивизией-то командовал всего несколько месяцев, взлетел…».
***
[с. 16-17] «Всего в [5-й] армии насчитывалось 102533 человека, 4903 пулемёта, 2577 [пистолет-пулемёта], 2018 орудий… (из них миномётов — 864, в т.ч. 50-мм — 504) [Понятно, почему красноармейцев так «удивили» миномёты германские — Я-а-а.], 804 автомашины (по штату полагалось 6554[, то исть в наличии 12,27 % — Я-а-а.]) и 10602 лошади [Явно меньше положенного — Я-а-а.]».

  «…Штабы соединений и частей 22-го механизированного корпуса были укомплектованы личным составом на50-60 % и плохо слажены. Большинство армейских частей связи (полк, два батальона и девять рот) [надеялись] формировать с объявлением мобилизации, поэтому на 22 июня… лишь один батальон связи».
***
[с. 19] «План прикрытия совершенно не предусматривал… В течение первых десяти дней военных [Так у Мощей. Гышторек, кули. — Я-а-а.] действий всем частям 5 А, кроме авиации, разрешалось [Отбиваться от злого ворога штыком и прикладом, ножом и ложкой, а равно проникновенным большевистским партейным словом — Я-а-а.] израсходовать только 2,5 б/к боеприпасов, по 3 заправки горючего для боевых и по 4 заправки для транспортных машин».
***
[с. 40] «В ночь на 25 июня генерал жуков приказал повернуть 8-ю тд 4-го мк на северо-восток. К этому времени она потеряла в боях 92 танка. Ещё большие потери были связаны с техническими неисправностями. К вечеру 27 июня из 385 имевшихся в исправном состоянии танков в указанный район прибыло 65 машин…».
***
[с.45] «27 июня Кирпонос получил от своего заместителя генерала Иванова донесение: „Моральное состояние пехоты 27-го и 36-го корпусов очень низкое. Патронов и снарядов крайне ограничено. Много случаев оставления артиллерии и боевых машин на дорогах и на поле боя. Мною созданы заградительные отряды, но их стремятся обойти полями. Проверяя организованную мной из задержанных разрозненных частей оборону в Ровно, последнюю не обнаружил. Разошлась. …“ А вечером генерал Фекленко сообщал: „Нет ясности в вопросах обеспечения горючим, боеприпасами, совершенно отсутствует кухня. Личный состав питается только сухим пайком, матчасть заправляется несвоевременно, отсутствуют запасные части“. [Только в 22-ммк подорвали 58 неисправных танков [с. 57].] …раненых перевязывали нередко портянками…».
***
[с. 51] «…В 67-м тп 34-йтд батальоны обозначали сначала тонкими белыми полосами, но в бою их невозможно было разглядеть. Победил способ идентификации 68 тп 34 тд, … — большой белый треугольник… на бортах и тыльной стороне башни танка. … Выяснилось, что противотанковые мины ТМ-35 из-за маломощности не могут…».
***
[с. 89] «Жёсткий лимит расхода боеприпасов… Вместо положенных на один огневой налёт по батарее противника 283 снарядов кое-какиного качества отпускали 39-49 и самое большее 77».

  «Вследствие плохой организайции перегруппировки из 32 артполков усиления к исходу 11 мая [1942] на огневых позициях находилось только 17… 11 полков были ещё на марше и не смогли принять участие в артиллерийской подготовке, 4 ап прибыли уже в ходе наступления».
***
[с. 90-1] «… …несмотря на полуторамесячный срок пребывания в обороне, работы по созданию оборонительных сооружений и инженерных заграждений производили неудовлетворителльно.

  [Даже кирками и лопатами, и колючей проволокой, как в 1915-м году, не могли обеспечить? А какжа суперпуперпремогутна савецка прамышлинасть, самая прамышлиная прамышлинасть у мире?]

  Так, в полосах обороны 57-й и 9-й армий на 1 км пог. фронта плотность сооружений и заграждений составляла: ДЗОТ — ок. 3, противопехотных мин — 25–30, противотанковых — ок. 80.

  На всём 180-км фронте было построено всего 11 км пог. проволочных заграждений».

  «…Вследствие несоблюдения нашими штабами скрытности управления и плохой оперативной маскировки…»
***
[с. 101] «…артиллерия 28-й армии 14 мая имела обеспеченность боеприпасами всего… от 0,2 до 0,6 б/к».
[с. 306] «Батарея СУ-122 из-за отсутствия [переданного из 6-й гв. А] в 1440-м с.-а. полку и на складе боеприпасов до 13 июля [1943 г.] в бой не вводилась».
***
[с. 114] «Штаб Южного фронта совершенно случайно из сообщения радио Берлина узнал о начавшемся наступлении противника лишь во второй половине дня, когда германцы уже завершали прорыв нашей обороны. В штаб Юго-западного направления в надежде, что само рассосётся, об этом было доложено только к исходу дня…»
***
[с. 118] «К исходу 17 мая в штабе Юго-западного фронта были получены сведения о захваченных разведкой 38-й армии секретных документах… с 11 мая предполагало приступить к подготовке удара силами 3-й и 23-й танковых и 71-йпехотной дивизий из… Балаклеи… на Савинцы, Изюм… между 15-м и 20-м мая.

  Документы были захвачены ещё 13-го, но в штаб 38-й А доставлены только 17-го. Содержание их было доложено начальнику штаба Ю.-з фр. только в 22 часа 17-го мая».
***
[с. 121] «Севернее Изюма в лесу инспекционный отряд Нестеренко наткнулся на склад… Юго-западного фр. Начальник склада доложил, что в лесу снаряды гв. миномётов, вывезти их нечем, а связь со штабом полковника Зубанова отсутствует.
  — Отпускайте снаряды 2-му и 43-му полкам гв. миномётов Южного фронта.
  — Да как же можно другому фронту без разрешения командования?»

  [Да, без разрешения командёроф можно тока взрывать или врагу оставлять. А соседям — ни-ни!]
***
[с. 141-2] Приказы на взрыв мостов: то обуюсь, то разуюсь…

[c. 191] 18-й тк «…с 4-го по 8-е июля, получив в общей сложности 11 взаимоисключающих приказаний (помимо тех, что давал штаб корпуса), „намотал“ по Воронежской губернии 300 вёрст с гаком, ни разу не встретив противника».
***
[с. 166] «…в состав [Брянского фр. 28 июня 1942 г.] включали дополнительно 4 полка истребителей и 3 полка [мелкобомбардировщиков Ил-2]. Но… использовать эти [полторы–две сотни (?)] самолёты командование не могло, так как авиация на аэродромы прибыла, а ГСМ для них не выделили.

[с.170 Двигающиеся к передовой из Воронежа части 17-го тк израсходовали горючее, а штаб корпуса не организовал его доставку.]
  …
  Командующий 40-й А М.А. Парсегов со штабом находились в Быково, в глубоком тылу. Ни он, ни заместители ни разу не побывали в стрелковых дивизиях…».
***
[с. 168] «Каждое из наших соединений сражалось на своём участке обороны по суворовскому правилу „каждый сам за себя.“».
***
[с. 283] «…наша техника, особенно выпуска первой половины 1943 г., годилась только на вторсырьё. Бог фон Манштейн миловал, и авиация противника не бомбила колонны танковой армии, а ломающиеся машины или бурлаки тащили на себе, или чинили чем Бог послал, чтобы они хоть как-то „доковыляли“ до места. В [уже знакомом] 18-м тк из 187 танков, числившихся на 22:00 8 июля, на обочинах остались 104… …На 17:00 11 июля в 18-м тк „в пути“ числились 33 танка, в 29-м тк — 13, а в 5-м гв. механизированном — 51 (четверть всего парка). Всего из 721 бронеединицы 5-й та (без соединений и частей усиления) отстали на марше 198 или 27,5 %. Ясно, что с такой лушей у мири техникой в бой идти было нельзя. Но других писателей у тов. Сталина…».
***
[с. 342] «Выдвижение частей 208-й с.-а. бригады (63 СУ-100) происходило медленно, связь командира бригады с дивизиями, действовавшими на передовой, отсутствовала, разведка не велась. В итоге 1068-й сап, двигавшийся походным порядком по шоссе Цеце–Секешфехервар, попал в засаду, потеряв 14 СУ-100 из 21-й».
Tags: history, political economy, war economy, Двуглавый, Двугорлый, былое и думы, их нравы, русская повестка дня, рыло в пуху, статистика знает, так нам и надо, чему не учат в школе
Subscribe

promo flitched9000 april 27, 2013 20:19 5
Buy for 10 tokens
ПредуведомлениеLibero™: цените каждое обкакивание! Moment™: цените каждый момент! Напоминание «Я смотрю на себя, как на ребёнка, который, играя на морском берегу, нашел несколько камешков поглаже и раковин попестрее, чем удавалось другим, в то время как неизмеримый океан истины…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments